независимые исследования российской экономики

Найти

НА ГЛАВНУЮ ОБ ИНСТИТУТЕ ПУБЛИКАЦИИ ВЫСТУПЛЕНИЯ СОВМЕСТНЫЕ ПРОЕКТЫ

ЭКОНОМИЧЕСКИЙ РОСТ

ЭКОНОМИЧЕСКАЯ СВОБОДА

ПОЛИТИЧЕСКАЯ СВОБОДА

ЭКОНОМИЧЕСКИЕ БОЛЕЗНИ

МАКРОЭКОНОМИКА

СИЛОВАЯ МОДЕЛЬ

ГРУППА ВОСЬМИ (G8)

КИОТСКИЙ ПРОТОКОЛ

ГРУЗИНСКИЕ РЕФОРМЫ

Блог Андрея Илларионова

 

 

 

    

      

 

Союз "Либеральная Хартия"

горизонты промышленной      политики                                         

ИРИСЭН

 

СИЛОВАЯ МОДЕЛЬ

Андрей Илларионов: Реформаторы 90-х намеренно загубили экономику страны

АиФ, 6 июня 2012 г.

  Этим летом исполнится 20 лет с того дня, как в России была принята программа приватизации госпредприятий посредством ваучеров. Тех самых, за которые А. Чубайс обещал каждому россиянину по две «Волги»

  Ни приватизацию, ни либерализацию цен, приведшую к обнищанию миллионов людей, россияне до сих пор не могут простить «либералам и демократам». А точнее — покойному Е. Гайдару и здравствующему поныне А. Чубайсу. Однако известный экономист Андрей Илларионов уверен: политика Гайдара и Чубайса в 90-е годы не имела ничего общего ни с либерализмом, ни с демократией — она лишь на долгие годы дискредитировала эти понятия в глазах россиян.

Роковая нефть

  «АиФ»: — Андрей Николаевич, вы рассказывали, как «правительство реформаторов» в начале 90-х на самом деле составили выходцы из номенклатуры и спецслужб. Рассказывали, как Гайдар (оба деда которого командовали карательными отрядами красных), с большевистским напором гробил промышленность, требуя повысить НДС до невиданных 32%. Как он пытался переподчинить Центробанк правительству, что противоречило нормам демократического государства. Как он наотрез отказался компенсировать обесцененные вклады, тем самым пытаясь придать законность лишению граждан их частной собственности. Как в январе 1992 г. тайно перевел 200 млн долл. на оплату разведцентра на Кубе (где когда-то служил отец Гайдара), в то время как все расходы российского бюджета составляли в том месяце менее 150 млн долл. Наконец, как Чубайс и Гайдар проделали фокус с ваучерами, хотя Верховный совет уже принял закон об именных чеках, который мог бы сделать приватизацию гораздо более справедливой. Эту подмену нарочно сделали летом, когда депутаты были на каникулах... Как вы считаете, почему, зачем принимались такие странные решения?

  А. И.:  — Прежде чем ответить на этот вопрос, выскажу одно предложение. Мне кажется, нашему обществу полезно провести общенациональную дискуссию о том, что же всё-таки произошло в 90-е годы. О том, что и как делали в те годы, в том числе Егор Гайдар и Анатолий Чубайс, что они предлагали до того, как пришли к власти, и что они сделали, когда они в ней оказались. Услышать и сторонников, и критиков, и самих героев тех событий — например, того же Анатолия Борисовича Чубайса, который продолжает оставаться весьма активным в пропаганде, но отказывается от участия в содержательной дискуссии.

  В своем недавнем выступлении о событиях 90-х годов на 8-х Лебедевских чтениях (есть такая экономическая конференция) я говорил о разнице между тем, что предлагал Гайдар до своего прихода во власть, и тем, что он делал, оказавшись во власти. Приводил примеры нескольких десятков решений, принятых Гайдаром в 1991-93 годах, показывал, как эти решения отличались от предложений самого Гайдара, сделанных им до ноября 1991 года. И как эти решения отличались от того, что он говорил по поводу своих действий после ухода из власти. В конце выступления попросил публику либо поддержать одно из трёх возможных объяснений, почему были приняты именно такие решения, либо предложить свои. Эти известные объяснения таковы: 1) некомпетентность, 2) слабость — личная и политическая, 3) сознательная политика. Возможно, и читатели «АиФ» захотят поделиться своими мнениями, какой из вариантов ответа кажется им более точным.

  Что же касается моих оценок, то они таковы. Мне очень не нравится теория заговора. Но чем больше исследуешь решения, принимавшиеся в начале 90-х, тем труднее избежать вывода, что это была вполне сознательная политика, а не только случайные ошибки или проявление некомпетентности.

  Если посмотреть на публикации Е. Гайдара 1989-1991 гг., то и сейчас, с высоты 2012 года, многие из тех статей выглядят совершенно разумными. Гайдар справедливо требовал сокращения огромных неэффективных расходов советского бюджета, предлагал ввести свободные цены, добиться финансовой стабилизации. Во многом именно благодаря этим статьям в журнале «Коммунист» и газете «Правда» Гайдар приобрел известность среди экономистов и общественности, был приглашен в правительство России. Но после того, как он оказался в российском правительстве, эта его позиция сохранилась у него лишь на словах.

  Например, либерализацию цен последнее союзное правительство В. Павлова собиралось проводить ещё в июле 1991 года. Однако уже в октябре 1991 г. Гайдар решил, что проводить ее надо только в июле 1992 г. Ельцин же настаивал на либерализации цен до конца 1991 г. Тогда Гайдар предложил провести ее в два этапа. Ельцин принял решение об одномоментной либерализации цен 2 января 1992 г. Гайдар создал список товаров, цены на которые не подлежали освобождению. Среди них были в том числе хлеб и нефть. Вместо того, чтобы отпустить цены на нефть, Гайдар административно повысил их сразу в 6 раз! Сергей Игнатьев (нынешний глава ЦБ РФ — Ред.) тогда предупреждал его: административное повышение цен на нефть автоматически задает масштаб повышения цен и в других секторах экономики. Если бы этого не было, то цены в целом выросли бы в намного меньшей степени. Для покрытия огромного бюджетого дефицита была начата безудержная кредитная эмиссия, приведшая к гиперинфляции, которая уничтожила сбережения граждан и средства на счетах предприятий, а экономика была брошена в свободное падение...

  В своих книгах «Гибель империи», «Смуты и институты» Гайдар много писал об исключительном значении свободных цен на хлеб. Но что он сделал с ценами на хлеб в 1991-1992 гг.? Он не стал их либерализовывать. В январе 1992 года, когда был нанесен этот безумный ценовой удар, Гайдар передал на региональный уровень вопросы регулирования цен на молоко, кефир, творог, детское питание. Однако цены на хлеб оставались государственно регулируемыми весь 92-й и почти весь 93-й год, пока их не освободил Борис Федоров.... В итоге только за первый, 92-й год, сммарные субсидии на хлеб и зерно достигли 3 млрд долларов — при том, что все доходы бюджета составляли 10 млрд долларов!

  «АиФ»: — Но разве сохранение дешёвого хлеба — не повод для граждан сказать спасибо Гайдару?

  А. И.:  — Если бы цены были освобождены, а государственные резервы открыты, то не потребовались бы госсубсидии и кредиты Центробанка, а инфляция была бы много меньшей. Запасы зерна в России зимой 1992 г. были достаточными для двух лет потребления страны. Рассказы Гайдара и Чубайса о том, что Россия была на краю голода, не соответствуют действительности. Зачем правительство держало закрытыми огромные хлебные запасы? Почему не отпускало цены на хлеб? Ради того, чтобы обеспечивать колоссальными субсидиями несколько государственных организаций и компаний, связанных с поставками зерна на российский рынок?

«Железный Винни-Пух»

  «АиФ»: — В истории с приватизацией тоже хватает странностей. Вы утверждаете, что Гайдар и Чубайс намеренно выбрали самый неудачный её вариант — ввести вместо именных приватизационных счетов ваучеры, которые люди начали продавать за бутылку водки?

  А. И.:  — В Польше приватизацию начали проводить только через 6-7 лет после старта реформ. В Китае массовая приватизация не начата до сих пор... Чубайс и Кох в свое время похвалялись: дескать, Маргарет Тэтчер за 10 лет премьерства приватизировала 10-12 компаний, а мы в месяц приватизируем 4 тысячи! В течение шести лет я участвовал в дискуссиях в том самом кружке экономистов, в котором были в том числе Гайдар и Чубайс. В обсуждениях, какими должны быть будущие реформы, все признавали, что приватизация — это самое трудное дело. Либерализацию можно провести за один день, финансовую стабилизацию — за 8-10 месяцев. Однако приватизация требует тщательной законодательной и технической подготовки, каждый шаг её должен быть выверен. Гайдар и Чубайс против этого не возражали. Но, став во главе правительства, они погнали приватизационную лошадь таким бешеным галопом, какой противоречил и здравому смыслу, и мировому опыту, и их собственным прежним воззрениям! Зачем было отменять принятый Верховным Советом закон об именных приватизационных чеках? Чубайс и Гайдар обошли этот закон, с помощью указов президента утвердив ваучерную модель, которая даже не обсуждалась депутатами. Это решение восстановило против правительства Верховный совет и во многом привело к кровавым событиям октября 1993 года.

  «АиФ»: — Допустим, и тогда и после, во время залоговых аукционов, реформаторы действовали в интересах будущих олигархов. Но разве Гайдар был с ними в доле? Вы говорили о миллионе долларов, который в середине 90-х, уже после ухода из правительства, Егор Тимурович вложил в рынок ГКО. Но это же крохи на фоне миллиардов, которыми ворочали те самые олигархи!

  А. И.:  — Я никогда не утверждал, что Гайдар действовал в своих корыстных интересах. Да, он был небедным человеком по меркам простого россиянина. Хотя даже тот миллион долларов, который он инвестировал в ГКО, вряд ли появился из зарплаты директора института, депутата или даже и.о. премьера. Его мотивация была другой, в ней сквозило убеждение, что «так нужно». Вопрос: кому? Что точно не соответствует действительности, так это миф о личной слабости Гайдара. Когда он хотел чего-то добиться (как, например, при назначении В. Геращенко главой ЦБ или во время октябрьских событий 1993 г.), то проявлял поистине стальную волю — неслучайно автор одной из книжек о Гайдаре назвал её «Железный Винни-Пух».

  Гайдар был выходцем из старой советской номенклатуры, тесно связанной со спецслужбами. Его отец Тимур Аркадьевич был высокопоставленным сотрудником КГБ, резидентом Первого главного управления (ПГУ КГБ) на Кубе в 1962-1964 гг. во время Карибского кризиса. Сам Егор Гайдар работал в институтах системы ЦК КПСС, писал книгу для советского премьера Тихонова, работал с Горбачевым, был завотделом экономики журнала «Коммунист», завотделом газеты «Правда». Очевидно, мировоззрение и правила поведения, сложившиеся у него в те годы, накладывали отпечаток и на его последующие действия. Неслучайно он пятикратно требовал от Р. Хасбулатова и Б. Ельцина назначения на пост председателя Центробанка вместо Георгия Матюхина многолетнего сотрудника совзагранбанков, бывшего руководителя Госбанка СССР, при котором исчезли советские валютные резервы, Виктора Геращенко.

  Гайдар не сильно скрывал своего неприятия демократических органов власти — Съезда народных депутатов, Верховного Совета, депутатов. Глубоко чуждыми для него были правозащитники, диссиденты, люди, ставшие известными в обществе благодаря демократическим механизмам. Это проявлялось в его отношении к Александру Некричу, Владимиру Буковскому, Галине Старовойтовой, Григорию Явлинскому, Льву Пономареву, Гавриилу Попову, Борису Ельцину (до августовского путча ГКЧП). Познакомившись поближе с гайдаровскими нравами в партиях ДВР и СПС, эти партии покинули Сергей Ковалев, Сергей Юшенков, Виктор Похмелкин, Юлий Рыбаков. В результате серии последовательных шагов была уничтожена крупнейшая демократическая партия страны начала 1990-х «Демократическая Россия». Бесконечным и часто весьма неприличным атакам со стороны ДВР и СПС подвергалась партия «Яблоко».

Приватизировать заново!

  «АиФ»: — Можно ли исправить ошибки 90-х? Обсуждается, например, идея спецналога на несправедливо нажитые активы.

  А. И.:  — Нужно сделать частную собственность легитимной в глазах подавляющего большинства граждан. Иначе мы так и будем жить с этой бомбой, которая способна полностью разнести всю политическую и экономическую систему страны... Но начинать надо с легитимности самой власти, которую очень многие люди в России сегодня ставят под сомнение. Какие бы решения эта власть ни принимала, она не сделает частную собственность законной. Начинать придётся с политических изменений, после которых власть, признанная гражданами легитимной, сможет принимать легитимные решения, в том числе по приватизации. Будет ли это налог на приватизированные активы или их частичная национализация с новой приватизацией, решит новая власть. Возможно, активы, попавшие в частные руки в ходе залоговых аукционов середины 90-х, следует национализировать и приватизировать заново — так, как это было сделано, например, в Украине с «Криворожсталью».

  «АиФ»: — Новый передел собственности? Но не устроят ли олигархи нам такие протесты, на фоне которых события на Болотной покажутся игрой в песочнице?

  А. И.:  — Некоторые олигархи понимают, что получили активы сомнительным образом. Если же в России появится легитимная власть, которая будет пользоваться доверием граждан, то это будет в интересах всего 143-миллионного российского народа, включая и эту дюжину состоятельных людей.

С какими вызовами столкнётся российская экономика и грозит ли ей вторая волна кризиса? Продолжение интервью А. Илларионова читайте в ближайших номерах «АиФ».



Вернуться к списку


105062, Москва, Лялин переулок, дом 11-13/1, стр. 3, помещение I, комната 15   Тел. +7(916)624-4375    e-mail: iea@iea.ru

© ИЭА