независимые исследования российской экономики

Найти

НА ГЛАВНУЮ ОБ ИНСТИТУТЕ ПУБЛИКАЦИИ ВЫСТУПЛЕНИЯ СОВМЕСТНЫЕ ПРОЕКТЫ

ЭКОНОМИЧЕСКИЙ РОСТ

ЭКОНОМИЧЕСКАЯ СВОБОДА

ПОЛИТИЧЕСКАЯ СВОБОДА

ЭКОНОМИЧЕСКИЕ БОЛЕЗНИ

МАКРОЭКОНОМИКА

СИЛОВАЯ МОДЕЛЬ

ГРУППА ВОСЬМИ (G8)

КИОТСКИЙ ПРОТОКОЛ

ГРУЗИНСКИЕ РЕФОРМЫ

Блог Андрея Илларионова

 

 

 

    

      

 

Союз "Либеральная Хартия"

горизонты промышленной      политики                                         

ИРИСЭН

 

ПОЛИТИЧЕСКАЯ СВОБОДА

Андрей Илларионов: Выборы в России - это спецоперация
Бывший советник российского президента, а ныне один из самых суровых критиков Кремля, сотрудник вашингтонского института Катона Андрей Илларионов считает, что особенность политической и экономической систем в России определяет ее глобальное, стратегическое, вековое отставание от Соединенных Штатов Америки и некоторых европейских стран.


   С известным экономистом беседовал вашингтонский корреспондент Русской службы Би-би-си Олег Антоненко .

   Би-би-си: В американской предвыборной кампании ключевым является слово «перемены». О переменах говорят демократы Хиллари Клинтон, Барак Обама и республиканец Джон Маккейн. Если посмотреть на российский предвыборный процесс, то, как представляется, ключевым в нем является слово «стабильность». Насколько уместно, на ваш взгляд, сравнение политических процессов в двух странах?

   А.И.: Прежде всего, мне кажется совершенно разумным и естественным сравнивать избирательные процессы в России и Америке, которые проходят почти параллельно. Вне всякого сомнения, бросается в глаза гигантская разница в двух избирательных кампаниях - в России и Соединенных Штатах Америки. В США неизвестно, как все получится. Кто выйдет в финал, например, в Демократической партии. В Республиканской партии - там уже обнаружился явный лидер. А что касается Демократической партии, то его не видно и, скорее всего, не будет видно еще в течение какого-то времени, возможно, даже до съезда партии в конце лета, потому что оба кандидата - и Хиллари Клинтон и Барак Обама - борются самоотверженно, мобилизуя все возможные и невозможные ресурсы для того, чтобы победить.

   В отличие от России. В России все выглядит не просто стабильно, а абсолютно предсказуемо. Настолько предсказуемо, что, собственно, никакого выбора и нет. Это ни для кого не является новостью, но именно такое отсутствие предсказуемости в США и такая подавляющая предсказуемость в России являются, пожалуй, наиболее яркой характеристикой разницы не только в политических процессах, но и политических системах обеих стран.

   Би-би-си: Но, может быть, отсутствие соревновательности - это как раз результат стабильности, отсутствия желания перемен, когда избирателей устраивает нынешнее положение вещей...

   А.И.: ...В данном случае более точный термин - не «стабильность», а «предсказуемость», а также термины «конкурентность» и «динамичность». В Америке непредсказуемы победители выборов, а предсказуемы только правила, по которым эти выборы, политические выборы, или экономическая конкуренция, происходят. Это дает неопровержимое преимущество американской политической и экономической системам. Собственно, благодаря именно стабильности законов и стабильности правил и непредсказуемости конкретных людей, конкретных компаний, конкретных товаров и услуг, выигрывающих на экономическом и политическом рынках, осуществляется двухсотлетнее лидерство Америки по многим направлениям.

   В то же время в России, как и в ряде других стран, являются предсказуемыми победители политической или экономической конкуренции, даже «конкуренция» здесь будет неправильное или неточное определение, потому что нет политического или экономического процесса с полной предсказуемостью правил, по которым соответствующие выборы происходят. И именно эта особенность политической и экономической систем в России и ряде других стран определяет глобальное, стратегическое, вековое отставание России и этих стран от Соединенных Штатов Америки и некоторых европейских стран.

   Би-би-си: Вы говорите об отставании России, но, тем не менее, если анализировать экономические показатели, если сравнить динамику развития рынка, то показатели российской экономики последних лет можно назвать позитивными...

   А.И.: Это как сказать, смотря с чем сравнивать. Дело в том, что во времена коммунистов, скажем, в середине 1970-х годов ВВП на душу населения в России составлял в отдельные годы... около 40% от уровня Соединенных Штатов Америки. Это были лучшие показатели. Накануне начала экономического кризиса в России в 1989 году этот показатель опустился и был чуть ниже 30 %. В настоящее время он составляет 22% от уровня американского ВВП. Иными словами, да, сегодня относительный показатель экономического развития немного выше, чем в 1998 году (18 %), и это правда. Но он по-прежнему ниже, чем тот же относительный показатель, который имела Россия в 1991 году, накануне перехода к рыночной экономике; ниже, чем в 1989 году, накануне начала экономического кризиса; ниже, чем в середине 70-х годов, когда у власти находился коммунистический режим; ниже, чем в 1913 году; ниже, чем в 1885 году - это первый год, для которого есть более или менее аккуратные экономические свидетельства о развитии России и США в сопоставимом размере; ну, и наконец, ниже, чем в 1820-м году, пожалуй, первая дата, для которой есть более или менее приемлемые оценки экономического развития.

   Иными словами, за последние два столетия нынешнее относительное положение России в сравнительном соревновании с США является одним из наиболее худших, на уровне показателей времен гражданской войны начала XX века, и пика падения производства в 1942-43 годах во время Великой Отечественной войны. Поэтому, строго говоря, хвалиться нам особенно нечем. Мы только в 2007 году преодолели - точнее, вернулись на тот же уровень, с какого стартовали в экономический кризис в 1989 году. За это время мир не стоял на месте - не стояли на месте Соединенные Штаты Америки, не стояли на месте Британия, Европа, Китай. Все они ушли гораздо дальше, поэтому, несмотря на все успехи, достигнутые в последние годы, относительное место России сегодня гораздо дальше от развитых стран мира, чем это было 20-25 лет тому назад, столетие назад и два столетия назад.

   Би-би-си: Дмитрия Медведева в России называют представителем либерального крыла в Кремле. Как вы считаете, этот человек, который, вероятно, станет президентом России, сможет сблизить позиции России и Запада?

   А.И.: Во-первых, он, конечно, не является либералом, и взгляды его не являются либеральными, потому что о взглядах того или иного человека, не имеющего отношения к власти, можно узнать по тому, что он говорит и каких взглядов придерживается. Мы ничего не знаем о взглядах Дмитрия Медведева, публично выраженных. А что же касается политического деятеля, лица, находящегося в органах государственной власти, то критерием проверки его либеральности, нелиберальности, антилиберальности являются его действия.

   Что мы знаем о действиях Дмитрия Медведева на посту первого вице-премьера российского правительства, так это то, что он не отметился никакой либеральной политикой. Распределение денег в рамках национальных проектов ни с какой точки зрения, ни по какому критерию не может относиться к либеральной политике. Когда он был руководителем администрации президента, происходил разгром ЮКОСа и заключение в тюрьму на незаконных основаниях Ходорковского и Лебедева, осуществлялось преследование политических оппонентов с явным нарушением базовых прав человека, гражданских прав и свобод в России.

   Господин Медведев является и являлся тогда не только руководителем администрации российского президента, но также и специалистом по юридическим вопросам. Не было слышно ни одного его заявления по этому поводу, не было принято ни одного действия, которое бы противодействовало такому незаконному использованию государственной власти, поэтому для того, чтобы делать заявление о том, что Дмитрий Медведев является либералом в экономическом или юридическом плане, нет никаких оснований.

   Би-би-си: В США очень много спорят о том, как вести себя с Россией в условиях ухудшения отношений, говорят о новой холодной войне. Есть сторонники жесткого подхода - исключения России из Большой Восьмерки, сворачивания сотрудничества, есть и совершенно иной подход - что сотрудничество, наоборот, нужно наращивать. На ваш взгляд, понимают ли в Вашингтоне, что происходит в России и как строить отношения с Москвой?

   А.И.: Я думаю, что уровень понимания как в Вашингтоне, так и в любой столице... разный. [...] В данном случае мы можем сказать, что есть существенные проблемы для американских властей в понимании того, что происходит в мире. Можно назвать немало проблем, по которым представление многих американских официальных лиц о том, что происходит в мире, какие тенденции действуют, какие основные социальные силы существуют, и к каким последствиям могут привести некоторые действия США - все это оставляет желать лучшего.

   Вопросы о России или Иране, Ираке и даже Косове относятся к этому разряду, поэтому в данном случае большая домашняя работа должна быть, с моей точки зрения, сделана на американской стороне. Хотя соответствующая работа должна быть сделана и на российской стороне, поскольку мы все-таки заинтересованы в том, чтобы происходило улучшение на российской стороне. Действия России, российских официальных лиц на международной арене в последние три с лишним года, начиная с беспрецедентной интервенции на президентских выборах на Украине, цивилизованными назвать нельзя.

   Би-би-си: Вы заговорили об Украине... Недавно российский политолог и критик Кремля Андрей Пионтковский, выступая на слушаниях в американском конгрессе, сказал, что единственный действенный способ помощи российской демократии - поддержка Украины с тем, чтобы Украина была примером для России в том, что настоящая демократия - может быть успешной. Вы разделяете эту точку зрения?

   А.И.: Важно не то, чтобы вообще помогать или не помогать, а как помогать. Если отсутствует понимание того, что происходит, если отсутствует понимание основных закономерностей общественного развития и основных социальных сил, которые там действуют, тогда то, что понимается под словом «помощь», может оказаться контрпродуктивным. В 1990-е годы считалось, что Запад помогает России, предоставляя гигантские кредиты с помощью МВФ, Всемирного банка, другие кредиты, проводя политику по финансовой стабилизации с помощью фиксированного валютного курса.

   Не было ничего более разрушительного для российской экономики, чем то, что воспринималось благом, причем весьма искренне, подавляющим большинством не только политиков, но и специалистов, в том числе и очень высокого уровня, включая и руководителей министерства финансов США и руководителей МВФ. Я имею в виду продолжение экономического кризиса на дополнительные четыре года, завершившиеся экономическим крахом августа 1998 года.

   Би-би-си: И как же тогда, на ваш взгляд, можно помочь развитию российской демократии?

   А.И.: Во-первых, я не работаю советником в настоящее время ни российского, ни американского правительства, поэтому я не занимаюсь тем, чтобы советовать, кому и что делать. С моей точки зрения, для американских властей необходимо переосмысление их собственных действий по отношению к России, по отношению к их внешней политике в целом. Американцам необходимо провести достаточно болезненную домашнюю работу по анализу своих собственных действий и извлечению уроков из сделанных ими ошибок. Никто в мире не свободен от ошибок, но умные от потенциально умных отличаются не тем, что они не делают ошибок, а тем, что, делая ошибки, они извлекают из них уроки.

   В данном случае нынешней американской администрации разумно было бы проанализировать свою внешнюю политику как минимум последних пяти лет и посмотреть, какая политика применялась по отношению к Ираку, по отношению к России, по отношению ко многим другим странам. Им необходимо прийти к выводу, стоит ли продолжать делать то, что они делали на протяжении последних пяти лет, и продолжать усугублять эти ошибки.

   Би-би-си: Каким вам видится будущее российской демократической оппозиции после этих выборов?

   А.И.: Еще раз скажу, то, что предстоит нам в ближайшее время, не является выборами, а является, с моей точки зрения, спецоперацией по поддержанию и сохранению, некоторому внешнему облагораживанию нынешней власти. К настоящему политическому процессу это не имеет никакого отношения, поэтому судьба демократической оппозиции, самой демократической деятельности, с моей точки зрения, никоим образом с этим «перформансом» не связана. С моей точки зрения, обязанность, пожелание для тех людей, кто относит себя к демократам в России, а таких, мне кажется, очень много, гораздо больше, чем многие думают - не зацикливаться на этом акте, не концентрировать излишнее внимание на нем.

   А заниматься тем, чем демократы могли бы и должны были бы заниматься в условиях такой неблагоприятной ситуации, а именно - созданием основ для демократического общества, формируя институты демократического общества самим и, в любом случае, не участвуя в той насмешке над демократическими выборами, которая произойдет 2-го марта.

   Опубликованно на bbcrussian.com




Вернуться к списку


105062, Москва, Лялин переулок, дом 11-13/1, стр. 3, помещение I, комната 15   Тел. +7(916)624-4375    e-mail: iea@iea.ru

© ИЭА